Эксклюзив: тайна «американского Сен-Лорана»

Взлет и падение Роя Холстона Фроуика, основателя Дома Halston

Рой Холстон Фроуик родился в 1932 году. Основатель модной империи Halston был одним из самых знаменитых американских дизайнеров 70–80-х годов. Но сегодня о нем вспоминают нечасто: в прошлом году вышел документальный фильм Halston, несколькими годами ранее – книга Halston: Inventing American Fashion. В 2007 году Дом было попытались возродить – инициаторами выступил кинопродюсер Харви Вайнштейн, президентом Дома была назначена актриса Сара Джессика Паркер, – но начинание провалилось. А между тем Halston – это блестящая история, яркое имя, которое навсегда останется в истории моды. 

...50-е годы. Рой Холстон Фроуик, парень из Айовы, увлекся модой, поступил в Художественный институт в Чикаго, потом переехал в Нью-Йорк, чтобы работать у модельера Лили Даше, специализирующейся на создании шляпок. 

В 1961 году Холстон сделал шляпку-пирожок для Жаклин Кеннеди – на инаугурацию мужа! Было ветрено, Жаклин придерживала шляпку рукой, отчего на головном уборе образовались небольшие вмятины. Шляпка стала хитом, и вскоре подобные модели оказались в гардеробах американских модниц, причем все хотели, чтобы шляпки непременно были «как у Жаклин», с небольшими вмятинами. А для Джеки и для ее сестры Ли Радзивилл Холстон с тех пор будет создавать шляпы еще не один год. 

Любопытный факт: оказывается, много лет дизайнер отработал в универмаге Bergdorf Goodman в отделе модной одежды. Благодаря своему исключительному таланту, изяществу и социальным навыкам он довольно быстро был повышен до управляющего, а потом спустя годы любил говорить, что именно он принес этому магазину славу. Холстон разработал свою первую коллекцию одежды для Bergdorf Goodman в 1966 году. 

Но два года спустя ушел из магазина, чтобы (в 1968 году) основать собственную компанию Halston Ltd. «Он умел быть в нужном месте в нужное время, чувствовать изменения моды, настроения в обществе, заводить нужные связи, привлекать знаменитостей и прессу, – рассуждает историк моды, старший преподаватель истории и теории моды и текстиля в Университете Бат-Спа Джо Терни. – Он был экспериментатором. Не боялся использовать новые (синтетические) материалы, создавать современные формы. Его платья-рубашки из искусственной замши Ultra Suede, платья с застежкой на шее – эти вещи хотели все модницы мира. Он создал стиль современной американской моды, расслабленный и роскошный, повседневный и яркий».

Среди клиенток Холстона были сливки общества, настоящие звезды: Лайза Минелли, Элизабет Тейлор, Лорен Хаттон, Марлен Дитрих, Диана Вриланд и другие самые эффектные женщины эпохи, иконы стиля. Рой Холстон Фроуик дружил с Энди Уорхолом и был душой его «Студии 54».

Кстати, Холстон все делал сам: рисовал эскизы, кроил, следил за каждым шагом производства. Яркие платья, летящий шифон, силуэты, дарящие свободу движения, – все это было созвучно времени, стало духом Америки. 

Холстон, по воспоминаниям очевидцев, был гением кроя: его клиентки рассказывали, что он мог создать платье, виртуозно задрапировав его прямо на манекенщице и сделав точный срез подола. Его ноу-хау были и платья со сложными выкройками-головоломками – конструкциями, позволявшими сшить наряд из цельного полотна. 

«У него было особое видение повседневной моды. Холстон проложил путь для индустрии в развитии высококлассной спортивной одежды и оказал огромное влияние на адаптацию повседневной одежды к формальному дресс-коду, что мы наблюдаем и сегодня, – рассказывает Джо Терни. – Одежда, созданная Холстоном, кажется легкой, носибельной. Но на самом деле она требует спортивного, подтянутого тела и, таким образом, является знаком нового представления о телесности, которое стало развиваться в 1970-е годы вместе с культурой танца и гимнастики. А еще его вещи универсальны – в них можно ходить и днем, и вечером, в них переплелись повседневные и классические коды, простота и гламур». 

Холстон получил признание и в миро­вой столице моды Париже: в 1973 году в Версале он представил свою коллекцию вместе с Ивом Сен-Лораном и Оскаром де ла Рентой. Успех, как говорят очевидцы, был оглушительный. 

Примечательно, что свой бренд дизайнер выстраивал так, как это принято делать и сегодня, – как модную империю: под его лейблом выходили полные коллекции одежды и аксессуаров, очки, духи. Он делал чехлы для сидений в самолетах, форму для полиции Нью-Йорка. 

Рой Холстон Фроуик говорил, что мечтает одеть всю Америку, всех женщин, независимо от их дохода

Рой Холстон Фроуик говорил, что мечтает одеть всю Америку, всех женщин, независимо от их дохода. Сегодня коллаборации «высоких» дизайнеров с брендами масс-маркета являются чем-то само собой разумеющимся, но когда в 1983 году Холстон заключил контракт с недорогим универмагом JCPenney на производство одежды, это было скандальным решением, после которого от него отвернулись многие. «Холстон выпускал одежду, которая олицетворяла эпоху, он завоевывал множество наград, был чрезвычайно знаменит, но он хотел одеть всех, от девочек-скаутов до стюардесс, и это ослабило бренд», – комментирует историк моды Джо Терни.

…Но каждая история когда-нибудь заканчивается. И, к сожалению, не всегда счастливо для ее героев. В 1984 году Рой Холстон Фроуик был уволен из собственной компании и потерял право разрабатывать и продавать одежду под своим именем. 

В 1990 году, после многолетних попыток вернуть себя имя и репутацию, дизайнер умер. Однако, как полагает историк моды Джо Терни, «не стоит оставлять надежду на возрождение дома Halston, тем более сейчас, когда винтажный модный рынок одержим одеждой эпохи 70-х».

С ней не согласна Лесли Холстон Фроуик, племянница дизайнера, его ассистентка, хранительница архивов и автор книги Halston: Inventing American Fashion. Лесли считает, что секрет успеха Halston заключается в уникальной личности ее дяди и реанимация бренда не поможет вернуть его гений. В прошлом году Лесли Фроуик приезжала в Москву, чтобы представить фильм о дизайнере и рассказать о нем. Нам удалось пообщаться с Лесли Холстон Фроуик, и она любезно поделилась своими воспоминаниями и мыслями о знаменитом дизайнере.

Рассказывает Лесли Холстон Фроуик

«Мой отец, брат Роя Холстона Фроуика, был младшим офицером дипломатичес­кой службы в генеральном консульстве США в Монреале. И я вспоминаю 1960 год, когда Холстон приехал в Монреаль из Нью-Йорка, чтобы отпраздновать с нами Рождество. Это мое первое воспоминание о любимом дяде. К тому времени Холстон три года как переехал из ветреного Чикаго в Нью-Йорк. Он обожал находиться в кругу семьи, ему было хорошо и спокойно, особенно с нами, детьми. Холстон всегда был такой обаятельный, веселый, внимательный и чрезвычайно щедрый. В то памятное для меня Рождество 1960 года дядя подарил мне куклу, выше меня ростом (я до сих пор ее храню). Помню, как он плюхался на наши мягкие диваны в гостиной, поддразнивая нас, заставляя смеяться. В тот год он был на пороге своего успеха: ведь уже в январе 1961 года он создаст знаменитую шляпку для самой Жаклин Кеннеди.

 ...В 1983 году дядя пригласил меня работать в свой офис на Манхэттене, украшенный зеркалами от пола до потолка. Наши отношения оставались родственными, но теперь с профессиональным подтекстом. Он никогда не любил фаворитизм или кумовство, и я, если честно, была самым низкооплачиваемым человеком в Halston Enterprises. Дядя учил меня видеть, понимать красоту. Он привел меня в свое дизайнерское ателье, чтобы я понаблюдала, как он работает, как проектирует одежду. Был какой-то медитативный элемент в его работе, он умел полностью погружаться в свои творения. Интерьер его ателье был минималистичен, все его помощники одевались в черное – не было никаких отвлекающих визуальных элементов, ничто не должно было мешать работе. То, что он позвал меня работать с ним, для меня было очень важно, но думаю, и для него тоже: во мне он видел надежного члена семьи, который мог его всегда поддержать. Он ввел меня в свою социальную жизнь, которая тесно пересекалась с профессией. Он много сотрудничал с авангардными творцами своего времени, такими как Энди Уорхол, Лайза Минелли, Марта Грэм.

 ...Лайза Минелли была его хорошим другом, и он помогал ей во всех ее шоу. Ей нужны были костюмы, которые могли бы «двигаться» вместе с ее танцем, которые бы дышали и «участвовали» в ее выступлениях. Обычно выбирались ткани с блестками, с бисером, из шелкового атласа и бархата. Лайза часами консультировалась с дядей, даже показывала ему отрывки из шоу, чтобы он представлял, как именно будет выглядеть на ней созданный им костюм. 

Дядя доверил мне свое наследие, чтобы я могла рассказать обо всем когда-нибудь в будущем. И вот мы здесь с вами почти 38 лет спустя, и я имею честь поделиться своими воспоминаниями о нем. Он часто любил повторять «не бывает проблем, есть только возможности». Он всегда видел светлую сторону жизни и был готов разрешить любые проблемы. Он постоянно стремился расти и стать лучшим, а затем еще лучше. 

В свое время он стоял у руля по меньшей мере 32 лицензионных проектов, включая и успешный аромат Halston. Парфюм был помещен в элегантный флакон в форме слезы работы Эльзы Перетти. На флаконе не был высечен лейбл – название бренда было на ленте наверху, и когда бутылочку открывали, лента падала. Оставались лишь духи – один на один со своим владельцем, без каких-либо маркетинговых уловок. 

Холстон использовал революционные синтетические ткани: «шелк» Herculon и искусственную замшу Ultrasuede. Говорят, компания Toray Industries, которая производила эти материалы, просто-напросто не успевала поставлять достаточно рулонов UltraSuede, необходимых для создания знаменитого платья-рубашки, пользовавшегося бешеным успехом. В 70-е годы Halston Enterprises стал очень прибыльным бизнесом. В 1983 году Холстон подписал крупное лицензионное соглашение с сетью универмагов JCPenney, которое, как я полагаю, и было началом конца его империи моды. Корпорация стала давить на него сильнее и сильнее, чтобы он производил все больше и больше. Управлению компании уже не нужен был гений-дизайнер. А Холстон был слишком большим перфекционистом, чтобы отпустить бразды правления и делегировать их младшим дизайнерам. Он говорил: «На двери мое имя, и я должен отвечать за свой дизайн». 

После того как в 1984 году Холстон покинул собственный бренд, он советовался со своими адвокатами, пытался найти способ продолжать творить, но вынужден был отступить. 

Если бы только он смог проектировать одежду и дальше, если бы он не заболел, он все еще был бы дизайнером и сегодня. Это было у него в крови. Холстон был гением дизайна, он был провидцем с врожденным талантом, но в конце концов он стал жертвенным агнцем, которого принесли в жертву за то, что он был первым от-кутюрье, обратившимся от люкса к широким массам. И другого Роя Холстона Фроуика никогда не будет, нравится это кому-то или нет». 

Читайте также